?

Log in

Previous Entry


А затем меня родили родители, затянувшись сигаретой БТ. Отец не носил очков, зато был кудрявый. В голове матери — схемы и формулы, схемы и формулы. Папа утром расчесывал кудри и выходил на улицу, распахнув васильковые глаза. Он садился в трамвай и приобретал вид человека, едущего на работу. На четверке он доезжал до мясокомбината, исчезал на полчаса, затем появлялся уже с удочкой и приятелем по фамилии Рубанов. У них были макуха, мармышки и жмых. Они были счастливы. Потом Рубанов убился на мотицикле, но это много позднее, уже в 90-е. Ближе к семи вечера отец возвращался с работы домой, от него, наверное, пахло портвейном «Агдам» и пожухлой травой.

Впрочем, все это домыслы. Я не могу знать.

Comments